Сколько бы не стоил интерьер, самое важное невозможно купить. Анна Разгулова

Метально Что повлияло на формирование вашего вкуса?

Анна В детстве я часто рассматривала книгу «Художники русского театра». Меня впечатляло, что художники — Малевич, Ларионов и Гончарова — работали не только с живописью, но и с театральными декорациями, костюмами, сценографией. Тогда меня, конечно, в первую очередь интересовали картинки, но позже я поняла, насколько важным был сам контекст— человек может применять свое чувство вкуса в разных профессиях и областях.

Недавно я была на выставке в Еврейском музее, посвящённой театральным костюмам и танцу начала XX века, и она буквально вернула меня в эти детские воспоминания.

Метально Почему в итоге всё-таки архитектура, а не театр?

Анна Театр — не моё. Мне ближе работа со светом и пространством. Архитектура — это про тонкие настройки. Она, в отличие от театра, больше настроена на постепенный допуск человека в пространство и взаимодействие с ним, чем на вау-эффект. Хотя, опять же, архитектура, архитектуре рознь.

Метально Как вы относитесь в ктрендам?

Анна К каждому проекту нужно подходить индивидуально. Нельзя ставить единый диагноз каждому заказчику. Тренды бывают разными: есть мимолетные вещи, а есть технологии, которые становятся новой ступенью в развитии профессии.

Еще десять лет назад никто толком не понимал, что такое «умный дом»; сейчас это почти норма. Искусственный интеллект, управление светом с телефона, биометрические замки — уже не просто тренд, а часть новой реальности. Мне интересно, что будут говорить о стиле двадцатых годов двадцать первого века через сто лет.

Метально Какие клиенты к вам приходят?

Анна Это очень разные люди. Кто-то сильно творческий, а кто-то приходит, потому что понимает, что я рационально подхожу к процессу реализации. Клиентам важно знать, что стройка в хороших руках и под контролем. В своей работе я связываю два достаточно полярных мира.

Метально Что происходит, если Ваши взгляды с заказчиком расходятся?

Анна Как показывает практика, кто платит, тот и правит балом. Создание проекта — это не битва. Это командная работа. Да, иногда дизайнер объективно прав, но в этом пространстве важно жить не ему. Нужно понимать, хочешь ли ты доказать свою правоту или хочешь, чтобы человек был счастлив в своём доме.

Важно помнить, что вы с заказчиком на одной стороне, даже если все устали от стройки, денег, сроков и черновых работ. Кто-то из вас двоих должен оставаться спокойным. И, скорее всего, это должен быть ты. Несмотря на творческое начало.

Работа с пространством – это то же самое, что психологическая работа с человеком. К каждому нужно найти свой подход. Кого-то убеждают цифры и расчёты, кого-то — планировка, выложенная скотчем на полу, чтобы можно было пройти маршрут ногами. Кому-то достаточно мудборда с текстурами.

Заказчик делает тебе большой подарок — позволяет реализовываться за его счёт. И за ним остается право финального решения.

Метально Как проект вы считаете самым успешным?

Анна Для меня успешный проект — это успешный процесс плюс успешный результат. Никто ни с кем не разошелся, не поругался и все получили удовольствие от совместной работы. Если через три года заказчик не хочет все поменять и не устал от интерьера, то это успешный проект.

Метально Были какие-то особенно абсурдные истории на проектах?

Анна У меня много историй. Например, однажды на участке мы начали переносить туи, чтобы правильно “посадить” дом. Вызвали бригаду, а оказалось, что корневая система деревьев… забетонирована. Их буквально отбойным молотком выбивали из бетона.

А в первый день работ на этом же участке при рытье траншеи под заливку ленты фундамента рабочие нашли гранату времен Великой Отечественной войны. Приехала полиция с собакой, всё оцепили, отправили всех по домам. Тогда стало понятно: проект будет долгим и очень интересным. Это, конечно, совершенно невозможно предугадать.

Но есть вещи, которые предугадать можно. Если в процессе авторского надзора и реализации проекта дизайнер заказчику рассказывает о каких-то сложностях, скорее всего, это значит, что он уже не может их решить сам. Если он вынужден рассказывать, там наверняка всплыла огромная подводная часть айсберга. Но в этом и есть моя работа, растапливать айсберги самостоятельно. В новостройках тоже свои сложности, всё может поменяться, пока прошло время от обмеров до заказа корпусной мебели. Это физика, с бессердечной силой тяжести ничего не сделаешь.

Метально Что по-вашему делает дом домом?

Анна Свет. Мне важно, чтобы клиент знал, какой у него свет на закате или с первой утренней чашкой кофе. Как этот свет попадает на цвет или фактуру стены. От этого рождается... ассоциация дома.

Когда мы вспоминаем дом детства, мы чаще всего вспоминаем запахи и свет. Возможно, ещё вкус бабушкиных пирожков, но тут я уже бессильна. А вот со светом, фактурами и цветом — могу помочь.

Метально Есть ли у вас какой-то ритуал перед началом работы над проектом?

Анна Я стараюсь делать обмеры сама. Бывает, что приходит заказчик и говорит: «У нас уже есть обмеры, начинайте». Это очень сомнительное начало. Всегда есть человеческий фактор, размеры надо перемерять. Первый этап — всегда обмеры своими руками. И как бы ни было трудно найти время, я все равно стараюсь обмеры чертить сама.

А дальше мы начинаем разговаривать с клиентом. Тут важно уметь слушать не только то, что он говорит, но и то, о чем молчит. Иногда я прошу клиента сделать список вещей, которые он хотел бы оставить или применить в проекте. Так будет больше понимания, какой образ жизни он ведёт. Это всегда беседа, потому что не каждый может сесть и ответить на вопросы анкеты.

Метально Насколько важную роль играет пространство лично для Вас? В каком доме Вы живете?

Анна Я построила свой рабочий процесс так, что часто могу работать из любой точки — и поэтому я выбираю такое пространство, которое меня подпитывает. Дизайнерски намоленное. Оно работает как батарейка.

Я живу в доме, которому больше ста лет, у него есть статус объекта исторической значимости, поэтому делать в нем что-то совершенно противоестественное его истории — странно. У этого дома очень кривые стены, но они живые. Квартира претерпела множество моих экспериментов: я здесь училась класть плитку, шпаклевать стены. У нас как будто бы общая история.

Метально У вас есть проект мечты?

Анна Да. Мне очень близка идея пространств при больницах, которые помогают человеку чувствовать себя не только пациентом, а личностью Возвращаться к состоянию субъектности от объекта медицинского вмешательства.

В Англии есть фонд Maggie’s, основанный Мэгги Кесвик Дженкс. Она столкнулась с онкологией и задумалась, каким может быть пространство человеческого масштаба при больнице. Здания для фонда, отражающие ее концепцию, проектировали во многих странах всемирно известные архитекторы — Заха Хадид, Норман Фостер, Рем Колхас, Фрэнк Гери. Мне бы очень хотелось, чтобы что-то подобное появилось и у нас.

У меня даже есть идея: взять обычную белую больничную плитку — ту самую, которую никто не любит из-за ассоциаций, — и превратить ее в живое полотно, объект искусства, стену “контакта”, где люди смогут оставлять друг другу тёплые слова и пожелания, чтобы больница перестала быть местом страха. Показать, что жизнь — больше, чем лечение.

Метально И последний вопрос.: что вам даёт энергию создавать?

Анна Можно я процитирую Земфиру? «Я так боюсь не успеть хотя бы что-то успеть». Когда понимаешь, что времени мало, начинаешь пробовать, делать, ошибаться — но хотя бы что-то успеваешь.